Глава 33

Однажды кот Филип, как обычно, сидел на подоконнике, разглядывал прохожих и мечтал о курином филе. Но вдруг его внимание привлекли хозяева, которые вернулись из магазина с большим пакетом.

— Что они там притащили на этот раз? Опять ваш «суперфуд»? — вздохнул Филип, вспоминая недавние приключения с диетической едой.

Но пакет оказался куда интереснее. Из него достали два коврика: один с волнами, другой с мелкими ячейками, похожими на лабиринт. Хозяйка взяла тюбик с пастой и начала размазывать её по коврикам.

— Это что, новый трюк? Они хотят, чтобы я работал за еду? — подумал Филип, но запах лосося разрушил все его протесты.

Он попробовал слизнуть пасту с одного из ковриков. Процесс был долгим! Раздражённый, Филип решил, что такое испытание нельзя проходить в одиночку, и позвал своих друзей.

Через несколько минут в квартире собралась весёлая компания: Лизка, соседская кошка, пёс Бровко и даже хомяк Кузя.

— Что это у вас тут, гурманский шведский стол? — спросила Лизка, обнюхивая коврики.

Бровко без раздумий начал активно слизывать еду. Его язык был настолько большим, что он захватывал половину коврика за один раз. Лизка возмущённо замерла:
— Да это же обман!

Кузя тоже не остался в стороне. Он решил, что коврики идеально подходят для его спортивных тренировок, и начал прыгать между ячейками. Но в какой-то момент его лапки застряли в одном из отверстий.

— Спасите! Я попал в ловушку! — закричал Кузя.

Лизка вытащила его лапкой, приговаривая:
— Вот что бывает, когда хомяки берутся за кошачьи дела.

А Филип, стараясь сохранить серьёзный вид, вдруг поскользнулся на коврике. Он сделал несколько неуверенных скользков и врезался в Бровко, который как раз облизывал второй коврик. В итоге оба оказались на полу.

— Это не еда, это каток! — воскликнул Филип, но тут же начал смеяться.

Хозяева снимали всё на видео, едва сдерживая смех. Самым смешным моментом стало, когда Кузя решил использовать коврик для слизывания как свой новый дом и утащил его в клетку.

После вечеринки все были уставшие, но довольные. Филип лёг на своё любимое место, облизывая остатки пасты, и довольно мурлыкал:
— Коврики остаются! И никаких больше диет!